Современные виртуальные цифровые библиотеки (ВЦБ) являются, прежде всего, новым классом сложных информационных систем, возможности которых призваны не дублировать функции библиотек обычных – но призваны создавать новое качество в работе с неоднородной информацией.
Роли и месту ВЦБ в науке посвящена работа [1].
Встает простой, на первый взгляд, вопрос – а зачем нужны эти новые сложные информационные системы в музеях, галереях, публичных библиотеках?
Обычно приводятся следующие доводы [2]:
Все это хорошо и правильно. Но ведь чтобы составить каталог, нужно описать музейный объект с помощью соответствующих метаданных. Очевидно, в свою очередь, что модель и схема метаданных должны разрабатываться (выбираться) под соответствующую концепцию, идеологию.
Можно использовать существовать некий минимальный набор метаданных по типу Дублинского ядра (если говорить только об элементах без учета квалификаторов) – автор, название, техника, размеры и пр. Но встает простой вопрос, – какого типа запросы можно будет реализовывать через систему поиска информации (СПИ), основываясь на таких метаданных? Например, можно будет выбрать все работы кисти Поленова. Очень хорошо, – но зачем мне все работы Поленова? Такой запрос, на мой взгляд, характерен для искусствоведа, пишущего работу об этом художнике. Вероятность того, что мне понадобится такая информация – минимальна.
Можно будет создавать свой собственный виртуальный музей, выбирая изображения из самых разных музеев, расположенных в различных географических точках. Очень хорошо – но по какому критерию я буду собирать эти картины? Простым перебором такая задача не решается, т.к. картин в музеях очень много. Значит, я должен задать определенные признаки, критерии отбора.
Допустим, я поклонник творчества импрессионистов. Следовательно, чтобы отобрать картины, выполненные в таком стиле, нужны либо соответствующие метаданные, либо СПИ должна обладать возможностью непосредственно обращаться к цифровому образу картины и проводить анализ цветов, оттенков, линий, границ и пр по определенному алгоритму, описывающему именно этот стиль живописи. Такие системы возможны и существуют.
Тем не менее, основной вопрос по-прежнему остается без ответа. Разглядывание картинок определенного типа – что это дает человеку? Приятное времяпрепровождение? Любопытство? Стоит ли ради этого тратить ресурсы, использовать сложные технологии, «стрелять из пушек по воробьям»? На простое любопытство ресурсов вроде бы жалко. На что не жалко тратить ресурсы, создавая новые сложные и дорогостоящие информационные системы? Какое новое качество могут они привнести в жизнь конкретного человека?
Поскольку я работаю научным сотрудником в академическом институте, для меня было более-менее очевидно, что электронные библиотеки идеально подходят для информационного обеспечения принятия решения [1]. Очень хорошо – только непонятно, какого рода решения можно принимать, имея в наличии все работы Поленова, к примеру?
Постановка вопроса в такой плоскости заставляет задуматься о фундаментальных вопросах, о том, чем человек занимается в этой жизни. И этот вопрос выходит далеко за рамки просто принятия решений.
Итак, базовые формы активности разумного существа включают:
Музеи, картинные галереи, библиотеки и иные хранилища культурных ценностей, в конечном итоге призваны помочь процессу индивидуации, самоактуализации, самосовершенствования человеческой личности. Именно для обеспечения этой первичной, основной формы человеческой активности и нужны, оправданны, по моему мнению, новые информационные технологии.
ВЦБ может рассматриваться как совокупность инфраструктуры и содержания (контента). И инфраструктура, и содержание должны отвечать тем задачам, которые мы предъявляем к ВЦБ. Какую же роль, какое место могли бы занимать эти сложные информационные системы, например, в музее?
Нам представляется, что основными задачами ВЦБ должны стать следующие:
Зададимся вопросом, - какой контент генерируют музеи? Это научные описания единиц хранения и своих коллекций, научные публикации, отчеты, монографии и пр. По критерию «структуры» ресурсы могут быть разделены на документальные, структурированные (базы данных) и аудио-визуальные (мультимедийные). Понятно, что в нашем случае последний вид занимает исключительно важное место. В целом ресурсы можно охарактеризовать как весьма неоднородные, интеграция которых возможна только с использованием различные технологий.
Каким образом в настоящее время осуществляется "открытие", доступ к таким ресурсам? Статьи, монографии, отчеты, каталоги, альбомы доступны посредством традиционных издательских технологий. Другие же ресурсы обычно являются достоянием учреждения-держателя и практически недоступны (в т.ч. и потому, что отсутствует адекватная форма "публикации" таких данных).
В этой связи первой и очевидной задачей ВЦБ является обеспечение интеграции, объединения в единой информационной системе разнородных ресурсов, создаваемых научными учреждениями. Новые технологии, разрабатываемые в этой области, прежде всего и ориентированы на решение этой важнейшей задачи. В частности, цифровые библиотеки принесли с собой новый, более высокий уровень семантического описания.
Важная роль в деятельности ВЦБ должна принадлежать коллективу экспертов, поддерживающих данную ВЦБ или электронную коллекцию и объединенных в локальную понятийную сеть. Они призваны обеспечивать, гарантировать качество информации (и качество самой ВЦБ, в конечном счете). Среди их функций можно назвать:
Модель организации информации в ВЦБ может быть описана следующим образом. На нижнем уровне находятся данные, наборы данных (цифровые объекты), которые хранятся в репозитории (или отдельном удаленном архиве). Объекты описываются набором метаданных, при этом каждому набору данных присваивается уникальный идентификатор. Часть метаданных (например, описательные) может храниться вместе с объектом (в т.н. «контейнере), а часть (включая идентификатор) хранится в каталоге метаданных создаваемым на основе глобальной модели данной ВЦБ. Этот каталог является фактически слабоструктурированным описанием коллекций библиотеки. СПИ должны быть доступны, прежде всего, эти каталоги. Доступ же непосредственно к информации возможен по идентификатору. Информация, в свою очередь, организуется в электронные коллекции, которые проектируются и создаются на основе глобальной модели, предметной онтологии данной библиотеки.
Особое значение в ВЦБ (и шире – в Интернете) имеют метаданные. В ВЦБ их предлагается подразделять на структурные, описательные и административные [5]. Широкое распространение получает подход, принятый в рамках т.н. Дублинского ядра (Dublin core, DC), при котором изначально предусматривается возможность гибкого расширения базового набора метаданных и которое разрабатывается в расчете на то, что именно автор документа будет выбирать адекватные метаданные для описания – т.е. предельно простым и компактным [6]. В тоже время, необходимо подчеркнуть, что возможностей таких инструментов, как DTD и DC для адекватного описания музейных коллекций явно недостаточно. Как раз простота и компактность здесь невозможны.
Здесь необходимо вернуться к той главной, концептуальной посылке, о которой говорилось вначале. Если хранилища культурных ценностей, культурного наследия существуют для того, чтобы каждый отдельный индивидуум имел максимум возможностей для самоактуализации, то у него должна быть возможность искать информацию в т.ч. и по запросам философского, психологического типа [7].
В работе [2] в качестве примера рассматривается тезаурус Ф. Гарнье, предназначенный для описания изображений. Заглянув в соответствующий раздел, легко убедиться, что философия представлена п.21 «Философское течение», а психология – разделом «Психологическая и моральная жизнь», включающим следующие подразделы: 1) психологическая жизнь (человеческий дух; психологическое поведение); 2) моральная жизнь (моральная ценность; положительное моральное качество; отрицательное моральное качество; моральное поведение; судьба). Понятно, что найти информацию об иерархии ценностей, этических нормах или проблемах с использованием такого тезауруса – практически невозможно.
Совершенно очевидно, что генерировать описательные метаданные подобного типа может лишь человек, который способен оценить соответствующий музейный объект на базе имеющегося у него философски-психологического понимания, мировоззрения. Такой подход сразу возводит, казалось бы, рутинную задачу в разряд сложнейших проблем.
В частности, получается, что подобные метаданные можно реально генерировать лишь на основе серьезных научных искусствоведческих философски-психологических исследований. Такая работа по плечу лишь специально подготовленным людям, способным сочетать эти две различных области человеческого духа.
Я бы даже сказал больше. Если следовать принятой в данной работе логике, то именно такие люди должны стать главными действующими лицами при создании ВЦБ музеев и иных хранилищ культурных ценностей. И таких людей нужно специально готовить, начиная с высших учебных заведений.
Мне представляется, что в рамках предлагаемого подхода можно по-новому взглянуть на существующие библиотечные классификации (УДК, ББК и др.). Представляется правильным соединить большой опыт кодификации знаний в формальные системы с сутью и технологиями ВЦБ. Технически использование цифровых индексов более оправданно, чем вносить громоздкие текстовые фрагменты. Сами классификации при этом можно делать оптимально подробными, ведь компьютерная техника обладает заведомо достаточной производительностью по сравнению с описанием практически любого размера.
Современные форматы описания дают возможность разместить соответствующие цифровые или символьные последовательности в соответствующих тэгах разметки. Ниже приводится фрагмент записи в формате ONIX, содержащий поля «аудитория» и «сложность». Например, здесь можно разместить важную информацию о смысловом содержании электронного документа (хотя это возможно и в других полях записи), поставив в соответствие соответствующий ББК (УДК или иную систему классификации).
|
DATA ELEMENT |
XML REFERENCE NAME |
TAG |
|
|
Audience |
|||
|
Audience code (R) |
PR.14.1 |
||
|
Audience composite (R) |
|
||
|
Audience code type |
PR.14.2 |
|
|
|
Audience code type name |
PR.14.3 |
|
|
|
Audience code value |
PR.14.4 |
|
|
|
End of audience composite |
|||
|
US school Grade(s) |
PR.14.5 |
|
|
|
Interest age(s) |
PR.14.6 |
|
|
|
Audience-range composite (R) |
|
||
|
Audience “numeric range” qualifier |
PR.14.7 |
|
|
|
Audience “numeric range” precision |
PR.14.8 |
|
|
|
Audience “numeric range” value |
PR.14.9 |
|
|
|
End of audience-range composite |
|||
|
Audience description |
PR.14.10 |
|
|
|
Complexity composite (R) |
|
||
|
Complexity scheme identifier |
PR.14.11 |
|
|
|
Complexity code |
PR.14.12 |
|
|
|
End of complexity composite |
|||
Очевидно, что ВЦБ будет достаточно много, в перспективе – в каждом сколько-нибудь значимом хранилище культурных ценностей. При этом физически они будут находиться в различных географических точках. Связь между отдельными ВЦБ должна осуществляться посредством брокеров ресурсов, между которыми в этом случае должны быть общие совместимые АРI. Такой подход к «связыванию» ВЦБ позволяет объединять неограниченное их количество. Понятно, что тщательная разработка и единая спецификация АРI становится в этом случае важнейшим моментом.
При этом становится возможным и целесообразным создание федеративных библиотек, которые только и смогут предоставить пользователям все потенциальные возможности этих информационных технологий
При этом каждая ВЦБ формирует определенный набор метаданных («помощников поиска»), которые составляют (расширенный) каталог метаданных федеративной библиотеки и обеспечивают поиск и доступ к соответствующим ресурсам.
Все это указывает, по нашему мнению, на то, что основной упор целесообразно делать на следующих моментах:
Федеративная ВЦБ гуманитарного профиля должна предоставлять собой достаточно мощный и совершенный набор инструментов (сервисов) для манипуляции с наборами данных, информацией и коллекциями и включать:
1. С.А. Арнаутов «Роль и место виртуальных цифровых библиотек в Интернете (на примере Российской Академии Наук)». "Электронные библиотеки", 2001, т.4, вып. 6. (https://elbib.ru/journal/2001/200106/arnautov/arnautov.ru.htm)
2. Е.С. Кузьмина, К.А. Мееров «К вопросу об унификации иконографических описаний в ИПС, основанных на БД компьютерных изображений музейных предметов». Материалы конференции EVA’2000, Москва, 2000, с.02-1-1.
3. С.А. Арнаутов. Опыт личного миропонимания. М., 2001, 232 с.
4. The Grid: Blueprint for a New Computing Infrastructure. Ed. by I. Foster and C. Kesselman. Morgan Kaufmann Pub., San Francisco, CA. 1999.
5. В. Армс «Электронные библиотеки», М., ПИК ВИНИТИ, 2001, 276 с.
6. C. Lagose “Keeping Dublin Core Simple: Cross-Domain Discovery or Resource Description?” D-Lib Magazine, 2001, v.7, #1 (http://www.dlib.org)
7. А.С. Дриккер «Электронный музей: дефицит эмоциональной информации», ж-л «Электронные библиотеки», 2001, т.4, вып. 2. (https://elbib.ru/journal/2001/200102/drikker/drikker.ru.htm)
Арнаутов Сергей Анатольевич - к.х.н., с.н.с. Института химической физики им. Н.Н. Семенова РАН
e-mail: